Грань между гениальностью и шизофренией

Что мы знаем о гениях? Что это за люди, чем они живут и чем отличаются от простых смертных? Говорят, что гениальность и сумасшествие – две стороны одной медали, или что это одно и то же. Чтобы спорить или соглашаться, важно понимать суть этого явления, его корни.

Американский кинофильм «Игры разума», получивший 4 Оскара и 4 Золотых глобуса, затрагивает именно этот вопрос. В основе фильма реальные события, история одного гениального математика, страдающего шизофренией, что не помешало ему получить Нобелевскую премию за разработки в области теории игр.

Все, что не соответствует норме, является неприемлемым для общества. И все было бы просто, если бы существовало точное определение нормы. Нет четкого описания «нормальности» человека и в психиатрии. О каких-либо отклонениях мы судим по поведению человека, его проявлениям. То же касается и гениальности. И так бы оставалось, если бы не системно-векторная психология Юрия Бурлана, позволяющая отличать людей по их врожденным свойствам и понимать желания, которые живут человеком в тех или иных состояниях. На базе этих знаний вопрос, кто перед тобой – гений или сумасшедший, получает четкий ответ.

Главный герой фильма – чудаковатый студент Принстонского университета, замкнутый и очень честолюбивый молодой ученый – Джон Нэш. Он почти ни с кем не разговаривает, проводя все свое время в поиске своей неповторимой идеи. Ему не нужны другие люди, он мнителен и очень высокомерен: научные труды своих сокурсников он считает ничего не стоящими домыслами, недостойными к прочтению.

За его эгоцентризм окружающие подтрунивают над ним и не поддерживают дружеских отношений. На занятия он не ходит, чтобы обучение не мешало ему в поиске чего-то совершенно нового, никем еще не раскрытого. Но чем больше он отгораживается от окружающих, тем больше он замыкается внутри своего Я, теряя связь с внешним миром.

Есть только один человек, который разговаривает с ним, – это его сосед по комнате, эксцентричный литератор, который каждый раз появляется тогда, когда Джон отчаивается в своих поисках. Джон ценит друга, ведь тот, в отличие от остальных, не сомневается в его гениальности и признает уникальность его поисков, чего пока не признали другие.

«Приходится прилагать серьёзные усилия для применения навыков общения с людьми.»

Наш герой не участвует в общественной жизни, ему сложно наладить контакт со сверстниками и познакомиться с девушками – он не концентрируется на ближнем, предпочитая сразу сказать человеку напрямую то, чего он от него хочет. Красивые девушки, улыбающиеся ему при встрече, получив предложение о сексе, лишь дают ему пощечину.

Но, только будучи среди людей в кафе, в процессе общения с другими, к нему приходит гениальная идея. Идея, давшая толчок для теории равновесия в рыночной конкуренции, – способа математического расчета того, как можно добиться выигрыша для всех конкурентов одновременно. Благодаря этому научному труду Джон получает самое престижное место работы после окончания университета.

Кто такой Джон Нэш? Это представитель звукового вектора . Его врожденный абстрактный интеллект позволяет ему концентрироваться на особых смыслах и во всех окружающих процессах сквозь внешнюю оболочку искать внутреннюю суть. Никому кроме звуковиков это не интересно. Люди с их банальными потребностями, шумные и не очень умные, лишь отвлекают их от Идеи, которая для них превыше жизни.

Звуковик – это всегда интроверт. Он не любит шумных посиделок и крикливых соседей, и в течение дня ему обязательно пару часов нужно побыть в тишине и одиночестве. Но лишь пару часов, не более того. Отгородиться от мира для звуковика значит придумать себе другой мир, заменить им реальность.

Читайте также:  На что жить больному шизофренией

Отсутствие связи и концентрации на ближних лишает его многих возможностей, в частности он теряет способность выполнять свою видовую роль. Вместо работы на понимание законов окружающего мира и сущности людей звуковику гораздо легче закрыться в себе и тешиться иллюзиями – играми своего разума. Подмена реальности галлюцинациями происходит незаметно, и сознательно человек уже не отличает – действительно ли происходит то, что слышится и видится ему.

Сойти с ума – типичный страх людей со звуковым вектором. Они единственные воспринимают внешний мир как более или менее иллюзорный, однако именно в этом мире они и должны себя реализовать. При потере реализации их эгоцентризм и иллюзорность достигает пика, связь с реальностью постепенно истончается и обрывается.

Задумчивый взгляд, сосредоточенность на мысли и отсутствие заинтересованности в обычных человеческих радостях отличают звуковиков среди других. При нормальном развитии это выдающиеся умы , абстрактный интеллект которых позволяет уловить глобальные мировые тенденции и записать их в математическую формулу или закон физики. Именно таких людей называют гениями за их способность мыслить и делать открытия в любых сферах, переводя неуловимые вибрации законов этого мира в понятные для других определения.

Джон не стал исключением. Его теория некооперативных игр с ненулевой суммой стала открытием. А еще она довела его до высшей степени эгоцентризма. Кроме себя, он не видел рядом ни одного достойного ему разума.

Обращение к нему спецслужб с просьбой разгадать русскую шифровку оказывается последним толчком для замыкания Джона на самом себе: к нему обращаются с просьбой пересматривать все газеты и журналы с целью поиска шифровок СССР прямо в текстах американских объявлений.

Все свое время Джон посвящает этому, прекратив по сути преподавать и проводить математические разработки. Именно в этих условиях у него появляется ощущение, что за ним следят и намереваются убить. Постепенно его жизнь начинает вращаться вокруг 3-х основных людей: его друга — бывшего соседа по комнате, агента ЦРУ, принимающего от него шифровки и… прекрасной супруги. Ее-то он и хочет уберечь.

Все приведенные цитаты из фильма «Игры разума», 2001г.

  • Я не я, личность не моя
  • А камбала была!
  • За гранью
  • Приступ гениальности

Между гениальностью и безумием грань очень тонкая. Не претендуя на научность, попробуем порассуждать, где начинается одно и заканчивается другое.

В конце 70-х годов в штате Огайо состоялся процесс по делу Билли Миллигана, обвинявшегося в нескольких ограблениях и трех изнасилованиях. Несмотря на тяжесть содеянного, Миллиган был полностью оправдан, его адвокатам удалось убедить присяжных в том, что подзащитный ни при чем, преступления совершили его альтернативные личности, коих в Билли существовало 24. Разного пола, возраста, национальности и профессий. Любопытно, что далеко не все из них были склонны к преступлениям и насилию. Врачи выяснили, что причиной такого многообразия характеров было тяжелое детство, которое вынуждало Билли постоянно находиться в состоянии защиты. Создавая в себе новые личности, Миллиган таким образом пытался обезопасить себя от той жестокой реальности, в которой ему приходилось жить. Личности менялись в зависимости от обстоятельств, в какой-то момент мужчина терял над ними контроль, и они совершали свои злодеяния. А когда Билли «возвращался», исправлять что-то было уже поздно.

Случай Миллигана уникален. Раздвоение личности, или диссоциативное расстройство идентичности, заболевание крайне редкое. При таком диагнозе создается впечатление, что в одном человеке уживаются две и более персоны. При этом все личности могут полноценно функционировать и ни одна из них никогда не будет помнить о том, что сделала другая. И это не имеет никакого отношения ни к феномену двойничества в психоанализе, когда в качестве двойника вступает нарциссическая проекция субъекта мужского пола, ни к литературному доппельгенгеру, появляющемуся как темная сторона личности или антитеза ангелу-хранителю.

Читайте также:  Чем всд отличается от шизофрении

В жизни разум человека с раздвоением личности не делит пополам хорошее и плохое, не создает доктора Джекила и мистера Хайда. Появляющиеся личности полноценные, а не воплощающие только темные бессознательные желания, подавленные в себе под влиянием морали.

Но такой плохой двойник вполне может появиться у человека, страдающего куда более частой, чем раздвоение личности, шизофренией (от др.-греч. «раскалываю ум, рассудок»). Хотя шизофрения и диссоциативные расстройства имеют совершенно разную природу, иногда отдельные симптомы этих двух заболеваний похожи.

Как бы там ни было, клиническая картина шизофрении гораздо богаче и интереснее. Вспомним хотя бы, что многие великие люди страдали шизофренией. Является ли это правилом? Не факт. Но абсолютно точно болезнь помогает создавать нечто новое, а будет ли при этом авторство нового принадлежать воображаемой личности или реальной, не столь уж и важно.

Первые упоминания о шизофрении встречаются еще в Древнем Египте, где заболеванию приписывали мистический характер. Такой подход был актуален в течение долгих тысячелетий, а вот профессионально и основательно подойти к изучению болезни врачи решили только в XVII веке. Первая психиатрическая лечебница появилась в Лондоне в 1377 году (Вифлеемский госпиталь для душевнобольных, или Бетлемская королевская больница. Слово «бедлам» вам ни о чем не говорит?) В XVIII веке у английской знати поездка в это заведение считалась лучшим развлечением. Многих забавляло поведение больных: кто-то гонялся за невидимыми чертями, кто-то воодушевленно рассказывал об устройстве других миров. Это было свежо, весело и оригинально.

Любопытно, что иногда сумасшествие оказывался даром предвидения. До наших дней дошла карта больного XVI века, признанного слабоумным и отправленного на принудительное лечение. Он утверждал, что в будущем появятся небольшие ящики, в которых будут ходить и разговаривать люди. Разумеется, для XVI века подобные слова — опасный бред, но вполне возможно, что бедняга видел в своих галлюцинациях прообраз телевизора.

В XIX веке интерес к душевным заболеваниям растет как на дрожжах. Описываются все более необычные случаи. Например, такой: мужчина средних лет обратился за помощью к врачу с жалобой на дискомфорт в плече. Когда врач выписал мазь, мужчина удивился: «Как мазь может помочь от камбалы?» Пациент был уверен, что у него на плече… живет рыба. Кроме этой уверенности, его от нормальных людей больше ничего не отличало. Это был адекватный, спокойный, общительный человек, с которым было интересно и приятно общаться. Тут как-то сама собой вспоминается печальная история Хемингуэя, которому приписывали навязчивую идею слежки. Но, как потом выяснилось, за писателем действительно пристально «наблюдали» агенты ФБР.

Сам термин «шизофрения» появился только в 1907 году благодаря швейцарскому психиатру Эйгене Блейлеру, который выделил и симптоматику заболевания. Почему же шизофрению называют болезнью гениев? С медицинской точки зрения мозг шизофреника не боится ничего нового, ему неведомы границы, он не стеснен рамками сознания и потому способен выдавать абсолютно новые, нестандартные идеи. Это состояние измененного, расширенного сознания (неудивительно, что многие творческие люди в погоне за вдохновением вводят себя в такое состояние посредством определенных средств). Даже страдающий навязчивой идеей человек может сгенерировать нечто гениальное. Примеров тому масса. По одной из версий, один из самых загадочных романов современности, «Мастер и Маргарита», был написан Булгаковым во время тяжелейших приступов галлюцинаций. Писатель утверждал, что его преследуют духи, которые хотят нанести ему вред, и просил у своих друзей помощи и защиты от темных сил. Ницше, страдающий тяжелой формой шизофрении, подарил нам идею о сверхчеловеке. У немецкого философа не только была мания величия, нередко он вел себя как дикое животное, на четвереньках прыгал по комнате и издавал невнятные звуки. Причиной заболевания послужили несколько апоплексических ударов, и последующие 20 лет философ страдал психическими расстройствами. Но именно тогда на свет появился роман «Так говорил Заратустра». Ницше прославился своим допущением, что «бог мертв», а также идеей о новой «морали господ», которая должна была свергнуть «мораль рабов».

Читайте также:  Что видят люди при шизофрении

История американского математика Джона Нэша известна многим благодаря биографическому фильму «Игры разума», основанному на реальных событиях. Нобелевский лауреат страдал параноидальной шизофренией, которая сопровождалась манией преследования и галлюцинациями. Нэш проходил лечение в 60-е годы XX века, когда появилась так называемая гормональная терапия. Благодаря постоянному приему лекарств Нэш смог восстановиться настолько, что вернулся преподавать в Принстон. Правда, страх, что таблетки навредят его умственным способностям, вынудил ученого прекратить их прием, и болезнь вернулась.

На долгое время Нэш стал «призраком» университета: записывал малопонятные формулы, слышал голоса и общался с невидимыми людьми. В 80-е годы он вновь стал принимать лекарства и возобновил занятия математикой. В 1994 году получил Нобелевскую премию по экономике.

В этот список можно также включить Ван Гога, неповторимый стиль которого возник из-за шизофрении. До того как художника постигло несчастье (или счастье?), он рисовал реалистичные портреты. И если бы не болезнь, вряд ли бы мы любовались «Ночным кафе», «Пейзажем в Овере после дождя», «Дорогой с кипарисами и звездами» и другими шедеврами.

И все же шизофрения не всегда сопровождает гениев. Большое количество великих ученых, музыкантов, писателей творили без участия болезни. Но тут надо оговориться, что есть такие виды шизофрении, которые помогают увидеть мир по-другому и остаться клинически здоровым человеком. К примеру, оноэродная, приступ которой может случиться один раз в жизни или быть регулярными, но при этом не оставлять после себя никаких последствий для здоровья. Эти кратковременные галлюцинации полностью переворачивают привычную картину мира, и многие внезапные открытия в истории или неожиданно обнаруживающиеся таланты вызваны именно этим состоянием. Ошибочно будет полагать, что если здоровый человек заболеет шизофренией, то он непременно станет гением. Во всем мире психиатрические клиники переполнены, но мало кто из пациентов выдает на-гора нечто гениальное.

Но в паре гений-шизофреник все же есть один парадокс. Есть мнение, что гениальный мозг способен самостоятельно совершить «экскурс» в шизофрению и вернуться оттуда невредимым, то есть человек может входить в состояние контролируемого безумия. Метафизическая шизофрения была свойственна, например, Альберту Эйнштейну и Льюису Кэрроллу.

Шизофрения вызывала и до сих пор вызывает много вопросов, на которые ответ пока еще найден. Откуда берется болезнь? Почему человек заболевает? Есть ли иммунитет? В свое время было выдвинуто множество теорий, которые себя не оправдали, например, вирусная и генетическая теория происхождения заболевания. Наиболее жизнеспособным кажется предположение, что шизофрения — не болезнь, а механизм защитной реакции организма, предусмотренный самой природой. (Остается только выяснить, от чего она нас таким странным образом спасает.) Так или иначе, ученые когда-нибудь найдут ответы на эти вопросы, и тогда мы точно узнаем, как стать гением.